Языковая политика

Ещё религиозные войны

а где доброта?

Там фонтаны голубые
Били в радостное небо,
Розы красные при этом
Вырастали и не вяли,
Задавал вопросы поезд,
И шагал Серёгасанин
В те года по самой бровке.
Муравей, найдя Богиню,
Говорил ей комплименты,
Облака при этом плыли
В направленьи Абакана,
Где по-черному топила
Баньку старая хозяйка,

а фильм по этой книге даже в совке показывали.

Вообще происхождение топонима Sortavala < карел. *Sordavala неоднократно привлекало к себе внимание, при этом спектр интерпретаций широк. Среди них встречаются  сугубо народноэтимологические сближения основы Sort- с русск. черт. В научном дискурсе обсуждалось возведение топонима к финскому причастию sortawa ‘рассекающий’ с топографическим обоснованием: город стоит на берегу залива, глубоко вдающегося в берег Ладожского озера, рассекающего его [Грот 1899: 198]. Значительно более обоснован отантропонимный подход, тем более что формант -la является маркером ойконимов, ко-торый к тому же всегда в традиционной прибалтийско-финской топонимии функционировал в связке с антропонимом. В случае с Сортавалой это древнее прибалтийско-финское имя или прозвище Sortava, выраженное формой причастия от глагола sortaa ‘ломать, крушить, валить (например, лес)’, но ему присуща и более абстрактная семантика ‘угнетать, тиранить, подавлять, притеснять’. Подобные причастные именования были обычны для
древнекарельского именослова, например Tietävä ‘знающий’, Kuuleva ‘слышащий’, Horjuva ‘болтающийся, шатающийся’, Ottava ‘берущий’, Vihava ‘злобствующий’ и др. [Nissilä 1975: 123]. В качестве мотива выдвигалась версия о том, что имя имело семантику ‘рубящий подсеку’ [Ibid.], хотя с точки зрения типологии прозвищных именований, как правило, негативных по содержанию, не менее, а может, даже более обоснованно исходить
из значения ‘тиран, угнетатель’. При этом реальное бытование антропонима в прошлом подтверждается фамилиями Sordava и Sordavainen (per sortaua, Joan Sordauainn, Oloff Sordauainen, Kauppi Sordauann), присутствие которых засвидетельствовано документами XVI в. в общине Uusikirkko (совр. Поляны Выборгского района Ленинградской области), в которую, кстати, входила до Второй мировой войны и д. Sortavala, полная «тезка» при-
ладожской Сортавалы [Lehikoinen 2018: 37].

Таким образом, топоним Сортавала (< карел. *Sordavala) и структурно, и семантически входит в число традиционных карельских ойконимов.
Какова в этом контексте позиция названия Сердоволь? Оно не может быть объяснено из лексических ресурсов русского языка и в целом — славянских языков. Вместе с тем Сортавала непосредственно не определяет появление Сердоволь, т. е. русский вариант не модифицирован прямо из финского. Как Сортавала (фин. Sortavala) — это финнизированная форма, так и Сердоволь — русифицированная форма исконно карельского топонима *Sordavala, появившегося на ранней территории проживания карельского народа и первоначально не знакомого ни собственно финнам, ни новгородцам.